«Недаром помнит вся Россия…»: День Бородинского сражения - крупнейшая битва Отечественной войны 1812 года
8 сентября в России отмечается День воинской славы - годовщина Бородинского сражения, генеральной битвы Отечественной войны, которая продлилось всего один день - 7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 года.
«Все от солдата до генерала жаждали решительного сражения»: Накануне битвы
Накануне Бородинской битвы русская армия, вынужденная отступать, роптала и жаждала дать отпор врагу. Историк Николай Петрович Михневич в книге «Бородинский бой. 1812» (1912) пишет: «…Русские, не привыкшие к постоянным отступлениям и во многих боевых столкновениях одержавшие несомненный успех над противником, тоже жаждали… решительного боя…»
Силы были не равны. Подполковник Генерального штаба и секретарь Общества ревнителей военных знаний Евгений Федорович Новицкий в книге «Бородинское поле сражения: его прошлое и настоящее» (1902) подробно описывает состав русских войск: «Общая численность наших сил простиралась до 103 000 регулярных войск (в том числе – 72 000 пех., 17 000 кав.и 14 000 арт.), при 640 орудиях, и кроме того – 7 000 казаков и 3 000 ратников Смоленского и 7 000 Московского ополчений…»
Е.Ф.Новицкий «Бородинское поле сражения: его прошлое и настоящее»
Эти цифры — не просто статистика, а свидетельство того, что на защиту Родины поднялась вся страна.
Ход сражения в воспоминаниях очевидцев
Самая пронзительная и поэтичная работа — «Рассказ артиллериста о деле Бородинском» (1837) Николая Любенкова. В предисловии он пишет: «Много было пышных и стратегических описаний сражения Бородинского, но подробности частных действователей были сокрыты, скромные россияне молчат и предоставляют свету судить об их доблестях».
Благодаря его запискам мы видим картину боя изнутри: «Кровавою пеленою занималась заря, оставленные биваки дымились, тлели ещё последние огни, и догорали, как жизнь раненых. ... орудия наши заряжены, роковые фитили курились уже, восходило и солнце, оно позлащало, ласкало оружие наше…». «Тела усеяли землю, лошади без всадников, разметав гривы, ржали и скакали; отбитые орудия, остовы ящиков были разбросаны, дым, пламя, гул орудий, изрыгающих беспрерывный огонь – стонали раненые, дрожала земля…».
Среди прочего сохранился уникальный «Проект письма (автограф) Александра I Наполеону I о российской политике по отношении к Франции» (май 1812 г.).
Император пытался предотвратить войну: «Мои чувства, так же как и моя политика, остались неизменными, и я ничего так не хочу, как избежать войны между нами…».
Ещё один ценный источник — «Описание битвы при селе Бородине, 24-го и 26-го августа 1812-го года» (1839), составленное генерал-лейтенантом Карлом Федоровичем Толем.
Этот труд был создан на основе рапортов корпусных командиров российской армии и официальных документов противника, перехваченных во время сражения.
Среди редких изданий — «Бородино» (1912) Александра Владимировича Геруа.
Автор подчёркивает высокий боевой дух русского офицерства: «Касаясь русского офицерского состава, необходимо подчеркнуть, что служили эти офицеры в армии не по принуждению и не вследствие материальных выгод <…> Часть офицеров, выслужившихся из нижних чинов, была высокого качества в военном отношении, потому что это были лучшие из солдат, те, которых выдвинула не только военная служба вообще, но и непрерывная в то время война».
«Французская армия расшиблась о русскую»: Голоса героев Бородинского сражения
Михаил Илларионович Кутузов
Джордж Доу «Портрет Михаила Илларионовича Кутузова»
Главнокомандующий, ставший фельдмаршалом по итогам сражения. Именно он принял решение дать бой, а затем и оставить Москву ради сохранения армии. В письме, отправленном на второй день после сражения в Москву графу Ростопчину, он писал: «Сего дня было весьма жаркое и кровопролитное сражение. С помощию Божиею русское войско не уступило в нем ни шагу…».
В другом письме начальнику штаба армии Наполеона маршалу Бертье Кутузов говорит о народном характере войны: «Трудно остановить народ, ожесточённый всем тем, что он видит…».
В рапорте императору Александру I Кутузов писал: «Сражение было общее и продолжалось до самой ночи. Потеря с обеих сторон велика: урон неприятельский... должен весьма нашу превосходить». И добавлял в письме к жене: «Я, слава Богу, здоров, мой друг, и не побит, а выиграл баталию над Бонопартием».
Призывая сохранить укрепления на Бородинском поле, Кутузов наставлял потомков: «Пускай и в позднее время будут они для россиян священными памятниками их мужества: пускай наши потомки, смотря на них, будут воспламеняться огнём соревнования и с восхищением говорить: вот место…».
Пётр Иванович Багратион
Д. Доу «Портрет князя Петра Ивановича Багратиона»
Легендарный командующий 2-й Западной армией, смертельно раненный на Семеновских флешах. В рапорте царю Александру I, поданном сразу после сражения, князь пишет: «…Стремление неприятеля в важных силах обращено было, можно сказать, главнейше на один левый фланг, занимаемый вверенною мне второю армиею. И хотя неприятель усиливался и, возобновляя свои колонны, старался опрокинуть наши войска, но храбростию русских везде поражаем был…». Эти строки — живое свидетельство подвига, оплаченного кровью героя.
Николай Николаевич Раевский
Д. Доу «Портрет Николая Николаевича Раевского»
Командир 7-го пехотного корпуса, чья батарея на Курганной высоте стала символом несгибаемости. «Письма» генерала Раевского, написанные им к своему дяде графу А. Н. Самойлову, чувствуется его непоколебимый нрав.
Денис Васильевич Давыдов вспоминал о Раевском в «Замечаниях на некрологию Н. Н. Раевского, изданных при Инвалиде 1829 года, с прибавлением его собственных записок на некоторые события войны 1812 года, в коих он участвовал»: «Всегда спокойный, приветливый, скромный, чувствующий силу свою и невольно дававший чувствовать оную мужественную, разительною физиономией и взором… Он был всегда тот же со старшими и равными себе, в кругу друзей, знакомых, перед войсками в огне битв и среди их в мирное время».
Воспоминания поручика Николая Шишкова, вошедшие в брошюру Степана Маслова под названием «Воспоминание в 1865 г. Бородинской битвы и о Бородинском памятнике в Москве», передают общий настрой: «...с каким самоотвержением и любовию к матушке России каждый жаждал сражения… Битва была жестокая, иначе она и не могла быть. Русские сражались за отечество».
Алексей Петрович Ермолов
Д. Доу «Портрет Алексея Петровича Ермолова»
Начальник штаба 1-й армии, один из наиболее деятельных и энергичных генералов. В критический момент битвы лично возглавил контратаку и отбил у французов Курганную высоту. В своих знаменитых «Записках» Ермолов с гордостью писал: «У Бородино французская армия расшиблась о русскую».
Он подробно описал эпизод сражения: «1-й егерский полк, подкрепя гвардейских егерей, прогнал неприятеля и в тоже время занял и селение Бородино; но дабы, по отдалению от прочих войск, не подвергнуть их опасности, приказано было оставить селение…».
Михаил Богданович Барклай-де-Толли
Д. Доу «Портрет Михаила Богдановича Барклая де Толли»
Командующий 1-й Западной армией, военный министр. В письме к императору, за день до Бородинского сражения, он писал: «Государь! С тем большей откровенностью пишу сии строки, что мы теперь накануне кровопролитного и решительного сражения, в котором, может быть, удастся мне найти совершение моих желаний».
Когда в ходе сражения французами была захвачена батарея Раевского, Барклай-де-Толли, сохраняя хладнокровие, сказал: «Это печально, но мы возьмем ее обратно завтра, а может быть, французы покинут ее сегодня ночью». Позже он признавался: «Если в Бородинском сражении армия не была полностью и окончательно разбита — это моя заслуга, и убеждение в этом будет служить мне утешением до последней минуты жизни». И добавлял: «Вчера я искал смерти, и не нашел её».
Последствия Бородинской битвы
Битва была ужасна. П. М. Адрианов отмечает: «поистине ужасны были потери, понесённые обеими сторонами в этом бою. Из состава русской армии убитыми и ранеными выбыло 58 тысяч бойцов, французы потеряли около 50 тысяч».
Любенков описывал Бородинскую битву как «кровавый бой жизни со смертью», где земля дрожала от гула орудий, а дым смешивался с пламенем.
«Сей день пребудет вечным памятником мужества»: Бородинское поле сегодня
Сегодня на месте легендарного сражения находится Государственный Бородинский военно-исторический музей-заповедник - старейший в мире музей, созданный на поле битвы (основан в 1839 году). На территории в 110 км² расположены более 200 памятников и памятных мест. Центральный монумент героям Бородинского сражения, 27,5-метровая колонна, был открыт в 1839 году.
«Да, были люди в наше время,
Не то, что нынешнее племя:
Богатыри — не вы!»